Участник нескольких войн, ветеран "Вагнера" с позывным "Капсула", задумавший связать свою жизнь с армией ещё в шестом класс, когда во всю шла Первая Чеченская кампания. Он прошёл путь от армии, до "оркестра", и даже после "Марша" не бросил Вооружённые силы. В своём откровении он честно признался — Уткин и Пригожин не могли погибнуть в одном самолёте.
Владимир родился в Восточном Казахстане. Женился, переехал в Новосибирск. Срочку проходил в 67-й Бердской бригаде спецназа, выполнявшей задачи в Чечне. Однако к моменту начала службы «Капсулы» война только-только закончилась.
Вернулся в армию он только в 2014 году – был отправлен на службу в 24-ю бригаду спецназа буквально за месяц до госпереворота на Украине. Подразделение были переброшено в Курскую область на случай вторжения. Примечательно, что тогда не редко находили схроны с продуктами, которые могли использовать ДРГ ВСУ.
Спустя два года был отправлен в Сирию. Работал водителем т.н. бронекапсулы, бронированного «КамАЗа» с десантным отсеком. Отсюда и позывной.
В декабре 2016 года сирийская армия сдала Пальмиру. Заново её освобождать прислали «Вагнер». «Капсула» сдружился с её артиллеристами. Присматривался к тому, как они работают, рассказал обозреватель Царьграда Владлен Чертинов.
Мне сразу понравилось, что они никогда не ругали друг друга за спиной, как бывало у нас в бригаде. Если человек сделал что-то плохое, ему говорили в лицо. Там за слова отвечали. Нельзя было просто так назвать кого-то братишкой. Такое надо было заслужить поступками. <…> Я был сержантом, и чтобы мне с капитаном поговорить, даже если он мой сосед по комнате, нужно было чуть ли не поклониться и только потом обратиться. А у «вагнеров» – никаких погон и воинских приветствий. Командиры и бойцы здороваются за руку, садятся пить чай и разговаривают. Рядовой смело может обратиться со своей проблемой к начальнику,
— рассказал «Капсула».
Такие порядки были введены «Девятым» – Дмитрием Уткиным, чей позывной «Вагнер» и подарил название «оркестрантам». Сам Уткин имел богатое боевое прошлое – подполковник запаса, бывший командир 700-го отряда спецназа Главного управления Генштаба, кавалер шести орденов Мужества.
В октябре «Капсула» уже служил в ЧВК «Вагнер». Именно тогда ставилась точка в операции по взятию Дейр-эз-Зора – шла зачистка островов на Евфрате.
Спустя время «оркестранты» были отправлены в Ливию на помощь генералу Хафтару против местных наёмников, террористов и «майдановцев», совершивших ещё в 2011 году госпереворот, разделив фактически страну пополам.
В Ливии «Капсула» стал наводчиком орудия. Не нравилось по три часа крутить ручку прицельного механизма влево и вправо, вверх-вниз, держа в голове разные цифры. Но в конце концов это принесло результаты. Получалось вести огонь быстро и чётко. Его стали называть снайпером.
В 2022 году, услышав «призыв», «музыканты» отправились на защиту России в зону проведения СВО. Любопытно, что «Вагнер» раньше подразделений Минобороны стал широко применять дроны. У штурмовиков-разведчиков были «Мавики», которые часто корректировали артиллерию. Сначала взводы сами скидывались на дроны, потом «Вагнер» начал их централизованно закупать.
Как рассказал «Капсула», после взятия Попасной и перед штурмом Бахмута Владимир узнал о прибытии в «Вагнер» первых заключённых. Набирали не абы кого. Проверяли, отсеивали.
С Пригожиным боец виделся всего один раз на награждении. А вот с самим «Вагнером» – Дмитрием Уткиным – пересекался постоянно. Называет его человеком, с которым можно было поговорить хоть о чём. Рассказывает о таком эпизоде, хорошо характеризующем товарищеские отношения, которые дядя Дима прививал в подразделении:
Я приехал в штаб. А там должно было начаться совещание. Я зашёл со всеми, поздоровался. Разговариваем с Уткиным. Через 10 минут приезжает Пригожин. Уткин мне: «Володя, ты не мог бы сходить покурить? Вдруг ты услышишь информацию, которая тебе не по рангу. Но если хочешь, можешь тихо посидеть в уголочке. Смотри сам». Я вышел, конечно.
«Капсула» обратил внимание, что Уткин и Пригожин всегда порознь выходили из бункера на перекур. Чтобы не представлять собой двойную мишень. Именно поэтому он до сих пор уверен, что они могли погибнуть вдвоём в одном самолёте они не могли. Даже сесть в один самолёт, тем более он не верит, что могла подорваться граната:
Они никогда не ездили в одной машине. И если даже находились в одной колонне, машины в ней всё время менялись местами. <…> Я просто знаю, как служба безопасности «Вагнера» любого, невзирая на должности и регалии, выворачивала наизнанку перед полётом. Вскрывали даже банки с протеином в заводской упаковке, который наши спортсмены везли из Сирии и Ливии. Прощупывали спицей смесь.